Aleksandr Herzen - Byloe i dumy : časti 4-5

жения. У нее в доме все шло безумным образом, потому что все было подчинено ее мономании; она постоянно жила а qui vive 1 , смотрела в глаза мужу и подчиняла все существенные необходимости жизни и даже здоровья и воспитания детей его капризам. Г<ервег>, естественно, рвался из дома и искал у нас гармоничного покоя. Он видел в нас какую-то идеальную семью, в которой он все любнл, всему поклонялся - детям столько же, сколько нам. Он мечтал о том, как бы уехать с нами куда-нибудь вдаль - и оттуда спокойно досматривать пятое действие темной европейской трагедии. И нри всем этом, кроме одинакового или очень близкого пониманья общих дел, в нас мало было сходного. Г<ервег> как-то сводил все на свете на себя; он отдавался своекорыстно, искал внимания, робко-самолюбиво был неуверен в себе и в то же время был уверен в своем превосходстве. Все это вместе заставляло его кокетничать, капризничать, быть иногда преднаыеренно печальным, внимательным или невнимательным. Ему был постоянно нужен проводник, наперсник, друг и раб вместе (именно такой, как Эмма), который бы мог выносить холодность и упреки, когда его служба не нужна, и который при первом знаке готов снова броситься сломя голову и делать с улыбкой и покорностью, что прикажут. И я искал любви II дружбы, искал сочувствия, даже рукоплесканий, и вызывал их, но этой женски-кошачьей игры в depit -z и объяснения, этой вечной жажды внимания, холенья никогда во мне не было. Может, непринужденная истинность, излишняя самонадеянность и здоровая простота моего поведенип, Iaisser aller 3 пронсходило тоже от самолюбия, может быть, я им накликал беды на свою голову, но оно так. В смехе и горе, в любви и общих интересах я отдавался искренно и мог наслаждаться и горевать, не думая о себе. С крепкимн ~rышцами и нервами я стоял незавш;:имо и самобытно и 1 начеку (франц.). 2 досаду ,(франц.). 3 непринужденность ( франц.). 511

RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==