Шум февральской революции разбудил Германию. Говор, ропот, биение сердца слышались с разных концов единого и разделенного на тридцать девять частей германского отечества. В Париже немецкие работники составили клуб и обдумывали, что сделать. Временное правительство ободряло их - не на восстание, а на удаление из Франции: им что-то и от французских работников не спалось. После напутственного благословения Флакона и крепкого словца о тиранах и деспотах Коссидьера,- конечно, могло случиться,- этих бедняков и расстреляют, и повесят, их бросят лет на двадцать в казематы,- это было не их дело. Баденская экспедиция была решена - но кому же быть освободителем, кому вести эту новую armee du Rhin *, состоящую из несколько сот мирных работников и подмастерий? Кому же, думала Эмма, как не великому поэту: лиру за спину и меч в руки, на «боевом коне», о котором он мечтал в своих стихах*. Он будет петь после битв и побеждать после песен; его выберут диктатором, он будет в сонме царей и им продиктует волю своей Германии; в Берлине, Unter den Linden *, поставят его статую, и ее будет видно из дому старого банкира; века будут воспевать его и - в этих песнопениях ... быть может, не забудут добрую, самоотверженную Эыму, которая оруженосцем, пажом, денщиком: провожала его, берегла его in der Schwertfal1rt!» 1 • И она заказала себе у !Омана Rue neuve des Petits Champs, военную амазонку из трех национальных цветов: черного, красного и золотого - и купила себе черный бархатный берет с кокардой тех же цветов. Через приятелей Эмма указала работникам на поэта; не имея никого в виду и вспоминая песни Гервега, звавшие к восстанию, они выбрали его своим начальником. Эмма уговорила его принять это звание. На каком основании эта женщина втолкнула человека, которого так любила, в это опасное положение? Где, в чем, когда показал он то присутствие духа, то вдохновение обстоятельствами, которое дает лицу власть над ними, то быстрое соображение, то ясновидс- · 1 в походе (не1,1.). 506
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==