Aleksandr Herzen - Stat'i chudožestvennye proizvedenija 1863-1869

как благородный романтизм, как молитва богатого о бедных. Впрочем, нет никакой абсолютно необходимости, чтобы сформулированный идеал осуществился именно в том или ином !\!есте, лншь бы он осуществился. Разве Индия не оста:1ась в роли матери, а Иудея - в роли Иоанна Предтечи? Останавливаешься не там, где хочешь, а там, где не хватает сил, где не хватает пластичности и энергии. Никоим образо:,1 не хотим мы с1<азать, что латино-rерманскиi'1 мир исключен из нового социального nозрождсния, им же сю1ю1 открытого миру. У природы и истории все - званые, но нельзя войти в новый мир, неся, подобно Атласу, старый мир на своих плечах. Нужно убить в себе «древнего Ада;,,1а», чтобы воскреснуть в новом, а это значит, что необходи;,,ю пройти через дейстсителыю радикальную революци'о. Мы прекрасно знаем, что не так-то легко определить просто и конкретно, что мы понимаем под радикальной революцией. Обратимся еще раз к единственному примеру, 1,оторый дает нам история,- к христианской революции. Мир «вечного города», разбитый в<1рварами, умирал от истощения, изнемогая под слишком тяжелою ношей, взваленной Римом на его плечи. Большая часть его идеала завоевателя была осуществлена; остатка уже не хватало для того, чтобы толкать его вперед. У него оставалось прошлое, престиж силы, цивилизации, богатства; расслабленный и усталый, он мог бы, несмотря ни на что, еще долго влачить свое существование. Но приходит революция, которая говорит ему прямо в лицо: «Твои добродетели - дJIЯ нас блестящие пороки; наша мудрость - для тебя абсурд; что общего между нами?» Нужно было либо раздавить ее, либо склониться перед крестом и тем, кто распят на нем. Вы знаете легенду (Гейне так кстати припомнил ее в своем путешествии на Гельrоланд)* о тех моряках, которые возвращались, испуганные и взволнованные, из Греции в Италию. Они рассказывали (то было во времена Тиберия), что однажды ночью, когда они пристали к берегам Пелопоннеса, на скалах появился мрачный. человек, знаками просивший их приблизиться и кричавший им громким голосом: «Пан умер!» 326

RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==