wе11ный, отсJiужив свою сJiужбу Юпитеру и Христу, 011 персжиJI их. Идут века, никто о нем не думает, но доходит вопрос до наследства, до наrtал,- и вдруг тянет с того конца, и люди невольно вспоминают, что старик 11а Тибре еще жив и духовную не отдавал; так и хочется его спросить, как Франц Моор спрашивал своего отца: «Что он, не в самом ли деле вечно хочет жить?» * Умел же он раз, одряхлевши от побед, сбросить с себя и лавровый венок и цезарскую мантию для того, чтоб постричься в монахи и начать новую жизнь? Умел же он отказаться от всех благ земных для удержании власти? .. умел же раз связать концы с началами? .. ... На днях I я простился с Маццини. Тяжело было это прощанье. В успех его дела я не верил, да и он сам не вполне верил... идти назад, остановиться uлt обоим было поздно. Черед был за ними; два последних поэтических образа, две величавые тени высшеi'r верщuны ревотоuионноrо хребта должны были исчезнуть в рдеющем блеске горного заката. Два последних ДонКихота 2 революции - они безумно бросили перчатку целой части света, с верой в правое дело. С кучкой друзей они пошли на бой против военных поселений, называемых Францией, против армии, называемой Австрией, против французского департамента, называемого Италией,- безумно протестуя, во имя родины и человеческого достоинства, против штыков и военной дисциплины. Седой, бледный, худой до прозрачности, сидел передо мной Маццини (месяца два тому назад он был при смерти, болен); лицо егс выражало скорбь и заботу, и тvлы<о глаза старого орла светились прежней несокрушимой энергией. Я смотрел на него с бесконечной грустью, и мне пришло в голову обратное приветствие гладиаторов: «Идущим на гибель остающиеся в живых кланяются1» * Дсгадываясь, что происходило во мне, он отвечал мне на мое молчание: 1 25 или 26 августа. (При.м. А. И. Герцена.) 2 Просим вспомнить значение, которое мы дали этому слову в· третьем письме. Дон-Кихот - один из самых трагических типов людей, переживающих свой идеал. (Прим. А. И. Герцена.) 500
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==