Было время, ты защищал идеи западного мира, и де .ТJал хорошо; жаль толыю, что это было совершенно не нужно. Идеи Запада, то есть наука, составляла давным-давно все~ш признанный ма11орат человечества. Наука совершенно свободна от меридиана, от экватора, она, как гетевскиii «Диван»,- западно-восточная*. Теперь ты хочешь права майората перенести и на самые формы западноi'! жизни, 11 находишь, что историческн выработанный быт европе{!Сl<ИХ бельэтажей од11н соответствует эстетическим потребностям развитня человека, что он только и дает необходиJ\lые условия умственной II художественноii жизнн, что искусство на Западе родилось, выросло, ему пр1111адлеж11т, и что, на1шнец, другого искусства нет совсем. Остановимся на этом сначала. Пожалуiiста, не подумай, что с точки зрения сурового цивизма II аскетической демагогии я стану возражать на то место, которое ты даешь искусству в жизю1. Я с тобой согласен в этом. Искусство - c'est autant de pris; 1 оно, вместе с зарницами личного счастья, единствешюе, 11есоы11енное благо наше; во всем осталыю~1 ыы работаем или толчем воду для человечества, для родины, для известности, для детей, для денег, и прнтом разрешаем бесrшнечную задачу,- в искусстве MLI наслаждае111ся, в неы цель достигнута, это тоже концы. Итак, отдав Диане Эфесскоii, что Днане принадле• жит, я тебя спрошу, о чем ты, собственно, говоришь, о настоящем илн прошедшем? О том ли, что искусство развилось на Западе, что Дант и Бонарротн, Шекспир и Рембрандт, Моцарт и Гёте были по месту рождения и по мнешшы западниками? Но об этом никто не спорит. Или ты хочешь сказать о том, что долгая исторнческая жизнь прпготовила и лучшую арену для ис1<усства и красивейшую раму для него, что хранилищницы в Европе пышнее, чем где-нибудь, галереи и школы богаче, учеников больше, учителя даровитее, театрL,1 лучше обстановлены и щюч.; и это так (или почти так, пото:-.,у что с тех пор, 1<ак Большая Опера возвратилась к первобытному состоянию бродячих из города 1 это уже кое-что (франц.). 30* 467
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==