думал ... местами посыпали песком, кровь все-таки выступала ... К Пантеону, разбитому ядрами, не подпускали, по бульварам стояли палатки, лошади глодали береженые деревья Елисейских полей; на Place de la Concorcle везде было сено, кирасирсю1е латы, седла, в Тюльерийском саду солдаты у решетки варили суп. Париж этого не видал и в 1814 году. Прошло еще несколько дней - и Париж стал принимать обычныii вид, толпы праздношатающихся снова явились на бульварах, нарядные дамы ездили в колясках и кабриолетах смотреть развалины домов и следы отчаянного боя ... одни частые патрули и партии арестантов напоминали страшные дни, тогда только стало уясняться прошедшее. У Байрона есть описание ночrю:'~ битвы: ,;, кровавые подробности ее ст<рыты темнотою; при рассвете, когда битва ,J.ав1ю кончена, в!fдны ее остатки: клинок, окровав.1еш1ая одежда. Вот этот-то рассвет наставал теперь в душе, оп осветил страшное опустошеш~е. Половина надежд, полови1ш верований была уб1па, мысли отрицанJJя, о rчаяния бродили в голове, укореIJялись. Предполагать нельзя бы:ю, чтоб в душе нашей, прошедшей через столько опытов, испытанной совре~!сш~ым скептиuвзмом, остава.1ось так много истребляе:'l1ого». Natalie писала около того же пре:'l1сни в .Москву: «Я смотрю на детей и плачу, мне становится страшно, я не 01ею больше желать, чтоб они были жиаы, может, и их ждет такая же ужасная до.ля». В этих слозах отголосок всего пережитого - в них виднеются и омнибусы, набитые трупам11, и пленные с связанными руками, провожаемые ругательствамII, и бедный глухонемой мальчик, подстреленный в нескольких шагах от наших ворот за то, что не слышал «passcz aLIlarge!» 1 И как же иначе могло это отразиться на душе женщины, так несчастно, глубоко понимавшей все печальное ... Тут и светлые характеры стали мрачны, исполнены желчи - какая--то злая боль ныла внутри и какойто рОДОНОЙ СТЫД деи1ал - НеЛОВКИМ ЖИЗНЬ. 1 проходи! (франц.) 484 ..
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==