как Кент следил за королем ЛIIром, ожидая, когда он образумится, во он заговаривался больше и боль-· ше,- такие же припадки нетерпимости, необузданной речи, как у Лира, и так же «Every inch» 1 * обличает талант, но ... талант «тронутый». И он бежrrт с трупом - только не дочери, а ыатери, которую считает живой! 2 Романская мысль, религиозная в самом отрицанин, суеперная в сомнении, отвергающая одни авторитеты по имя других, редко поrружа.1ась далее, глубже in medias res 3 действительности *, редко так диалектически смело и верно снимала с себя все путы, как в этоii книге. Она отрешилась в ней не только от грубого дуализма рслиr11и, 110 и от ухищренного дуал11зма философни; она освободилась не то.1ы<о от небесных привндений, но и от земных; она перешагнула через се1п11мснталы1ую апотсозу человечества, через фатализм прогресса, у ней нет тех неизменяемых литий о братстве, демократии и прогрессе, которые так жа.1ко утомляют среди раздора II насилия. Прудон пожертвова.1 пониманыо революции ее идоламн, ее языком и перенес нравственность на едш1ствснr1ую реальную почву - грудь человеческую, признающую один разум и никаких кумиров, «разве его». И пос:те всего этого великий иконоборец испуга<1ся освобожденной личности че.1овска, потому что, освободив се отвлечсrшо, 011 впал снова в метафизику, придал ей небывалую волю, не слади.1 с нею и повел на заклание богу бесчеловечному, хо.по;r.ному богу справедлu-· вости, богу равновесия, тишины, покоя, богу браминоп, нщущих потерять все личное и распуститься, опочить в бесконечно~л мире ничтожества. На пустом алтаре постав.пены весы. Это будут новь1е каудинсю1е фуркулы для че:ювечества. «Справедливость», к которой он стремится, даже не художественная гармония Платоновой республики, не 1 «Каждый дюйм» ( англ.) 2 Я долею изменил мое мнение об этом сочинении Прудона . (1866). (Прu1и. А. И. Герцена.) 3 .в самую сущность (лат.). 456
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==