1831 до начала 1834. 11 лет, впрочем! После женитьбы он много изменился, а может, не он, а мы двинулись вперед, а он остался на старом месте. Попавши в славянизм, 011 даже и на старом месте не остался, а пошел иным путем назад; все общие человеческие интересы, все современные вопросы занимали его только по мере их причастности к славянскому ыиру, а тут надобно заметить, что именно им-то они вовсе и не занимаются. Мы расстались довольно холодно. В 1840 году мы встретились в Петербурге, расстояние между нами было непереходимое; но я тогда в нем оценил прекрасного семейного человека, и мы сблизились опять и так остались до его кончнны. В пос.1еднее время его финансовое положение начало было поправляться, но несчастье за несчастьем лишало возможнос1 и улучшить жизнь, работой он был завален, может, он касался, наконец, до спокойствия в материальном отношении,- но жизнь порвалась. И она давно ли, кажется, жила у нас в доме, пр"lезжая из Корчевы, Темира, девица беззаботная и un peu pedante 1 • А теперь вдова, в крайности, с двумя детьми и с третьим неродившимся. Будущность ее ужасна, не представляется ни пристанища, ни 1{уска хлеба. Конечно, найдутся люди, но хлеб милостыни, что ни говори,- с песком. Вот еще семейство в счет Астраковых, Медведевых, Витберrа и многих, многих. Страшно вспомнить, всем помочь сил нет. А кого же обойти? 29. Вчера схоронили Вадима в Симоноr:е *. Похороны были торжественны по истинному участию людей, окружавших гроб. Жена твердо шла за гробом, стояла возле, и, когда привинтили крышку, она облокотилась на гроб. Никто не смел ни двинуть гроб, ни прервать этой немой горести. Она долго стояла, слез не было, но взгляд ее был невыносим, кругом все рыдало; в ее взгляде было видно что-то беспредельно отчаянное и убитое и вместе недоумение, вопрос, упрек. В Симонове покойника встретил сам архиманд1 немного педантичная ( франц.). 46
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==