след< него> и еще не слыхали о существовании другого,- что жизнь идет вне редакций двух журналов. Литература - важный орган, но орган. Я вовсе не на1\1ерен складывать рук- когда офицеры сотнями подписываются против телесных наказаний и ряд глупых проектов расшатает существующее, предоставя место ... вам, нам, всякому .., у кого есть силы и охота. Теперь твой черед - оттаскай меня за статью против Каткова * (в «Колоколе», который завтра пошлю) ... Семинарская дерзость - свистунов - мне все еще возможнее -этому себяобожанию и барствушколярей. Налбандов - очень и очень честный и хороший человек. Не вели ему возить сюда жену Б < акун ина>. Затем прощай. В четверг я еду до понедельника в S. Leonard. Прилагаемое письмо отдай Налб< андову>, если он не уехал. Если уехал, привези его с собой (хотя я и уверен, что ты не приедешь). 119 К. Д. КАВЕЛИНУ <Лондон.> 7 июня <1862 г.> Пока я долго и грустно думал, писать мне о печальной брошюре твоей * или нет, ты мне прислал поклон* и п,рибавил, что «кажется, я сержусь на тебя». Это мне напомнило, что - всегда чистый и от1,ровенный перед близкими людьми,- я молчать не должен. Слово сердиться нс идет. Прочитав твою брошюру, у меня опустились руки. Грановский в гробу, К~тчер, Корш в Чичерине ... а Чичерин в твоей брошюре*. И это писал Кавелин, которого мы так любили и отпус1<али 3 года назад* с такими надеждами ... Последний представитель московской эпохи, второй юности, которому я посвятил «Р<оберта> О<уэна >» * - и этот тощий, стертый и вредный памфлет, писанный (и это твои защитники приводят в твою 475
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==