зависит от минутного расположения, да и правда то, что отвыкаешь говорить, когда едва лет в семь приходится сказать слово.- Вы знаете хорошо и верно и меня, я богат на болтовню, но на выражения чувств беден. Разумеется, Москва для меня утратила половину своего значения с тех пор, как Огарев здесь, а Гранов<ский> в могиле. Остается один Корш, с Кетчером - мы были бы опять на ножах через день; с. другими - я далеко расхожусь во всем. Посмотрите статью Кавел<ина> *.- Сверх того, никто не знает моей внутренней жизни за последнее пятилетие - той, которая заставляет писать с скрежетом зубов такие вещи, как «Арабески»*. Я, может, поехал бы в Россию - так, без причины, посмотреть наши деревни, нашу _весну, кота у m-r Nadaud или Nadal, сидельца у Депре, на Страстной монастырь и дом типографии, откуда Матрена бегала за вином *,-других причин нет. Я говорил много с Ив<щюм> Тургеневым и с другими... а к тому же подлые «Русские беседы» бросают в меня грязью * со всей низостью и гадостью семинаристов. А propos, к Москве - узнайте, пожалуста, за что у наших там Астраков Сер<гей> Ив<анович> отлучен от воды и огня? Я спрашивал у Оrар<ева> - но он знает так общо и vague 1 , что я все-таки не понял. Я Астрак<ова> считаю чудаком - но чистейшим и благороднейшим малым. Здесь были страшные гадости. Энгельсон подвел было мне такую интригу *, что я действительно чуть не оступился - ну, вот мошенник-то... полтора года молча работал, а Голов<ин> напечатал статью, в которой не только меня разругал, но Огар<ева> и попрекнул его Марьей Львовной? .. Что скажете? Пишите ж о приезде по адресу. At М. Tinkler's - значит в доме Тинклер. Целую Рейхеля и Сашку. Дети все совершенно здоровы. Огаревы очень кланяются. 1 смутно (франц.). 427
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==