п видел Энrельсона во сне. Вот бы проводить Мих<аила> Сем<еновича>. Этот человек* - тоже великий урок мне; он большой грех принял на душу, порвав такую связь (и когда я вспомню, что ее перегрызла женщина без зубов!). Энгельс<он> мне был бы бесконечно полезен по типографии. Даже он легко тысячу-другую заработал бы здесь. Жаль, очень жаль. Но да будет воля того фатума, которая дает мне хорошее только для того, чтоб отнять. Прощайте. Пишите опять тотчас да побольше, а Мих<аил> Сем<енович >, может, и приедет. Только, главное, предупредите обстоятельно. А propos, что же Мельrунов, поехал в Россию или нет? И его жаль,- деньги глупо завязли; впрочем, ему их, вероятно, отдадут. Дети здоровы. Ботсвина третьего дня вечером привел полисмен; вот какие порядки у нас! Никого не секут, а краденое находят. Как об этом размышляет Поrодин? Я в посылочке приложил английский перевод моего письма в редакцию «Польского демократа»*. 67 МОСКОВСКИМ ДР1'3ЬЯМ • 5 сентября <1853 г.>. Лондон. Провел я два дни с Мих<аилом Семеновичем>. Пусть он расскажет трагедию, окончившую мою жизнь*. Мне сначала было очень хорошо от его приезда,- а теперь заволокло опять. Да, мы если не расходимся, то разводимся обстоятельствами дальше и * дальше ... Одно обвинение было мне не то что обидно, а прискорбно,- обвинение в том, что я оттого храбрюсь, что ушел далеко*. Но это дело вашего сердца знать, так ли это, или нет. Здесь меня не обвиняли в том, что отлыниваю, здесь я делил непогоду и солнце. Да и дело совсем не во мне. Я на вашем месте радовался бы, что хоть кому-нибудь удалось вырваться с языком. Я слушаю, слушаю рассказы... и больше, все больше туман. Ночь, ночь; приходит на мысль даже в Америку съездить. 414
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==