Снова ссылаюсь на письмо к Гауrу. Когда, наконец, великие дни раскаянья показали мне, как недаром я верил в N<atalie> и тогда, когда она была в чаду, тогд~ высотой преданности, любовью сищ,ной, мужественной я взял половину ноши на свои плечи. Когда я думал, что раздавил этого червя,- он поднял голову с дерзостью, неизвестной на галерах, и, уличенный во лжи, предательстве, с той же настойчивой злобой, клеветал, спрятавшись за 100 лье,- тогда я оценил мою слабость, мое преступленье, что оставил его в живых. С самого начала моей борьбы я вымерил, чего она м1-:е стоила. Жизнь моя, разбитая неповинно, незаслуженно, не могла больше идти вперед. Вдруг исчезла и вера _в себя и вера в других. Я теперь иногда ищу развлеченья, но ничего не делаю в самом деле. Как будто на минуту воротились старые времена, как эти летние дни в ноябре, когда зелень разнообразнее и цветистее, нежели в мае,- это время от июля 51 и до 16 ноября*. Время, в которое N<atalie> поднялась на высоту раскаянья, которое дало ей силу так 1,3еличаво защищаться потом, реабилитировать себя. Но ее существованье было сильно потрясено этими событиями, даром. не могло пройти такое испытанье; это была __ болезнь, но _болезнь острая, разлагающая кровь. Она принимала с бесконечной любовью мой мир и мое забвенье, но свобода равенства 1<азалась ей разрушенной. К тому же и я <не> мог, стоя возле, скрыть всякий стон,. всякую l\1Инуту неrодования за былое, грусти и сомненья. . . Едва последние следы бури прошли, как разразилось 16-е ноября. Вот вам опять фатум. Она пережила 16-е ноября, но стояла одной ногой в гробе, когда этот изверг обрадовался нашей беде, чтобы сильной рукою толкнуть эту женщину, которую называл святою,- ему удалось. Я три недели. не раздевался и не. спал у кровати больной,- казалось~ первая_. опасность прошла, . пле-· рези I была прервана. Усталый от опасений, выздо-.. 1 плеврит (от франц. pleuresie). 26 А. И. Герцен. т . .О 401
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==