а августа Еще одно объяснительное слово. Если я не ошибся, мне кажется, что все вы были недовольны уже в письмах из Avenue Marigny моей оценкой Франции,- вероятно, будете недовольны и тем, что я писал; вам хочется Францию и Европу в противуположность России, так, как христианам хотелось рая - в противуположность земле.- Я удивляюсь всем нашим туристам, Ог<ареву>, Сат<ину>, Боткину, как они могли так много не видать ... неужели вы поверите в возможность такого военного деспотизма и рабства, продолжающегося два месяца - если б нравы и понятия не делали его вперед возможным? Уважение к личности, гражданское обеспечение, свобода l\Iысли - все это не существует и не существовало во Франции, или существовало на словах. Случались слабые правительства - свободы было больше, но пр11 первом толчке правительство переходило в тиранство, так Директория транспортировала якобинцев. Что всего страшнее, это что ни один француз не оскорблен тем, что делается,- если он не прямо революционер, а те в меньшинстве. Французы - самый абстрактный народ в мире - общие места и пропаганда - вот его призвание. Домашнего счастья у него нет. NЗ. Прочитавши это письмо, отдайте его Мар<ье> Фед<оровне> или уничтожьте. Прибавлю на обертке, что набросанное наскоро в письме я постараюсь со временем развить подробнее. Дайте ваши руки. Прощайте. Иногда мне кажется, что мы не увидиl\lся,- у меня от этой мысл11 кровь стынет в жилах ... Одна внешняя необходимость может меня заставить очень долrо остаться здесь.- Я нисколько не изменил моих убеждений относительно права переезда '" - но я не нахожу ни нужным, ни умным пользоваться им.- Теперь еще надобно быть здесь. «Зрителем»,- скажете вы. «И да и нет»,- отвечу я. Человек нигде не посторонний, он везде дома и везде видит свое дело, если это дело человеческое! .. Salut et fraternite 1 • 1 Прнnст 11 братство (франц.). 365
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==