Aleksandr Herzen - Dnevnik : 1842-1845 ; Pis'ma : 1832-1870

Jюсь еще, как не умереть, чтоб остаться благородным, прекрасныы явлением? Через десять лет он отучнел бы, <стал бы> умнее, но все был бы Манилов. Да и в самой жизни v нас так, все в.ыход51щЕ'е из обыкновенного порядка гибнет -- Пушкин, Лермонтов впереди, а потом от А до Z многое множес:тво, оттого, что они не дома в мчре мертвых душ. С слав51нофилами столько же мало можно говорить, и они так же нелепы и вредны, как пиетисты. Решительно нет места речи и слову. Религиозные люди, например, часrо прибегают к уловке: «Да, по разумуто так, да разум-то спотыка<'тся». Так и славянофилы: «Да, все это по-европейски так, а по-нашему нет». Вредны они до чрезвы•1айности. Причина очевил:на. Marmieг I в Москве. Они принялись было его образовыnать в славяrюф;тьство, предложили ему исследовать все превосходство православия над католицизмом (Marmier, вероятно, после школы нпервые услышал о важном прении). Затаскали его до того, что ему, наконеu, опротив.;ли монахи, похвалы древнего быта и т. п. Православие - 11х знамя. В Германии молодые геrелисты * отрекаются торжественно от всякой положительной религии, сопряженной с формализмом ритуалов etc. Август .месяц. 2. Вчера был в Перове. Первый раз посетил те места, где 8 мая 1838 встрети.т~ся с Natalie и откуда мы поехали в Владимир. С той встречи мы не разлучались, и четыре года с половиной, лучшую без малейшей тени сторону моего бытия, составило это беспрерывное присутствие существа благородного, высокого 11 по:~тнческого. Мало-помалу все окружавшее меня сошло с пьедесталей, на которые его подняло юношество и увлечени~. Но она осталась на своем, поднялась еще выше. Мы сидели в той самой комнатке, где ждали коляску, и я чувствовал себя хорошо. Нет, от1 Марыье ( франч.). 28

RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==