10. Славянофилы, наконец, более и более являются узенькими людьми раскола. Стихи Языкова с доносом на всех нас привели к объяснениям, которые, с своей сторuны, чуть не привели к дуэли Грановского и Петра Киреевского,- я в душе ненавижу не принцип дуэлей, а нелепость смертной казни за оскорбление этого принципа, однако деJJать было бы нечего. После всего этого, наконец, JJичное отдаление сделалось необходимым. Аксаков торжественно расстался с Грановским и мною - видно было, что ему жаль, 011 благороден, чист, но односторонен, ограничен в своем расколе. Мы дружески сказали друг другу, что сJJужим иным богам 11 что потому должны разойтиться один направо, другой налево; уважение ему как характеру я не могу от1<азать. Они, может, оба Киреевские уносят личное уважение, а остальные - черт с ними! Самарин 11е думаю, чтоб их был. Странная Русь: из нее высшими плодами являются или люди, опередившие свое время до того, что, задавленные существующим, они бесплодно -умирают по ссылкам, ИJ1И люди, опертые на прошедшее, никакой симпатии не имеющие в настоящем и так же бесплодно ВJJачащие жизнь. 13. Иван Васильевич Павлов рассказывал, как были приняты студентами мои статьи в «Отечественных записках»,- признаюсь, мне было очень весело слышать, большей награды за труд не может быть. !Оноши тотчас оценили, в чем дело, и гурьбою ходили в кондитерские читать. Грановский пользуется между студентами чрезвычайным авторитетом, для них - мера, к которой прикидывают других профессоров. 17. История химии Дюма - чрезвычайно замечательная книга. Химия - настоящая опора эмпирии, важность ее теперь только начинают чувствовать. Без химии нет физиологии, нет, след., и естественных наук. Естественные науки доселе имели чрезвычайно шаткую основу, потому что они занимались одной морфологией, а не тем, что изменяется в ней. Сам гигантский гений Гёте не пос_тигнул этой важности химизма, и его ~.1етаморфоза растений - одна морфология. Новая химия идет не далее конца XVIII столетия, т. е. не далее 224
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==