ТЫСЯЧА ВОСЕМЬСОТ СОРОК ПЯТЫЙ ГОД Январь .месяц. 3. Кажется, в частном отношении, жизнь моя, на1<0нец, потекла поспокойнее. Прошлый год был тих. А какая пестрая и богатая эффектными положениями жизнь, как много для воспоминания - едва теперь я начинаю объективно смотреть на это былое. 10 лет тому назад я новый 1835 год встретил в тюрьме. Только десять лет - и что с тех пор событий! Уж десять лет, а кажется - вчера только или очень недавно! В самый Новый год длинное письмо Огарева * - он развивается и притом как-то одинаково со мной, с нами. Впрочем, сверх близости души, одна атмосфера современной мысли обнимает нас. 6. Казнь Чеха * как-то тупа, король плакал - а велел казнить. Министры умоляли казнить его тайком утром. В Шпандау отрубили ему голову и объявили афишами. Чех выдержал хараI<Тер до последней минуты и, след., остался победителем. Не понимаю, как такие простые вещи, как ненужность казней, вред их не бросаются в глаза правительствам. Еще в Испании, где все метется в каком-то опьянении, понятно, что Нарваэз казнит своих врагов, так как его самого, очень может быть, казнят завтра. Но тут спокойно, gemi.itlich uпd romaпtisch 1 , отрубить голову при совре1 спокойно и романтнчески (не,11.). 22?
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==