вела к любви. Я не от любви перешел к дружбе, а от дружбы к любви. И эта потребность симпа1'ии, обмена: уважения и признания сохранилась во всей силе. Юношески билось сердце, когда я в11дел подъезжающие экипажи,- как искренно хотелось мне обнять добрых друзей, как полно оценил я их жертву! О, страшно вздумать охолодеть и перестать чувствовать в груди своей эти минуты безотчетной радости. Никакие опыты не дают права душе оттолкнуть все хорошее. Кто из-за ошибки, из-за одного обмана плюнет на все, тот горд и безмерно самолюбив, нельзя теперь, как некогда, детски доверяться, детски играть,- это уродливое «Bettina will schlafen» 1 *, сказанное 40-летней m-me von Arnim. Но есть кое-что, не бросаемое ни в каком случае в море, лучше утонуть самому. А из Москвы пишут и говорят о мерзких интригах и происках*. Богатство, деньги - самый лучший оселок для человека. Патриотизм, смеJ~ая гордость, открытая речь, храбрость на поле битвы, услужливая готовность одолжить - все это легко встретить,- но человека, который бы твердо сочетал свою честь с практикой так, чтоб не качнуться на сторону 1000 душ или полумиллиона денег,- т,рудно. Собственность - гнусная вещь; сверх всего несправедливого, она безнравственна и, как тяжелая гиря, гнетет человека вниз; она развращает человека, и он становится на одной доске с диким зверем, когда корысть сбрасывает его с пьедестала исторического Standpunkt 2 • Оттого ни одна страсть не искажает до того человека, как скупость, несмотря на все то, что Байрон сказал в ее защиту ". Расточительность, мотовство не разумно, но не подло, не гнусно. Оно потому дурно, что человек ставит высшим наслаждением самую трату и негу роскоши; но его неуважение к деньгам скорее добродетель, нежели порок. Они не достойны уважения так, как и вообще все вещи: человек их потребляет, употребляет - и на это имеет полное право, но любить их страстно, то есть· поддаваться корыстолюбию,- верх унижения. ХристиfЗ 1 «Беттина хочет спать» (пе1,1.). 2 точки зрения (не1,1.). А. И. Герцен, т, 9 193
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==