развивается возле, вне ее влияния, она считает искусство чуждым себе, науку - игнорирует, все временное - давит. И всю жизнь была давима всем временным и попираема. 24. Вчера Грановский начал свои публичные лекции. Превосход110. Какой благородный, прекрасныii язык, потоыу именно, что выражает благородные и прекрасные мысли. Я очень доволен. Его лекции в•самом деле событие, как говорит Чаадаев; слыханное ли дело, чтоб на лекции, без опытов физических или химических, сошлось множество людей, из которых 50 заплатили за вход по 50 рублей? И как современны они, ка1<ой камень в голову узким националистам! Писал сегодня статейку * об них для «Московских ведомостей», повезу ее завтра к графу Строганову,- кажется, недурно. Множество дам; разумеется, они не слушать ездят, а казать себя - но все это хорошо и, впрочем, в самом деле есть желание и11тересов всеобщих. А между тем дома опять тучи. Удивительная вещь, только что все успокоитсн, только покажется, что пришло время гармонии,- новый удар в самую грудь напомнит всю наготу ее и ломкость. Саша очень болен . . Страшные опыты меня сделали почти трусом.- И теперь именно, когда Наташе так нужен покой. Я верю, почти убежден, что без чего-нибудь нового болезнь его минует благополучно; но у меня, т. е. у мужчи11ы и притом вовсе не нервного, сердце надрывается ·видеть страдания ребенка. А она - страшно! Для меня есть минуты еще больше горькие, нежели самые· болезненные припадки кок:люша, это - когда в промежутке сильных припадков он начинает играть и говорить вздор, так видна тут слабость, какое-то невыразимо тяжкое состояние вызывает болезненный. вид ребенка, беспечно играющего, не зная, что с ним делается и какие страдания его ждут через минуту. Что тут придумает человечество? Чем укрепит оно себя от страшных ударов случайности? Тут страховые общества не помогут, оп а beau dire 1 о мире всеоб1 что бы ни говорили ( фран1О. 130
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==