Aleksandr Herzen - Dnevnik : 1842-1845 ; Pis'ma : 1832-1870

глазами. Что думал он, как шел вдвоем купаться, они дурачились в реке: что думал он, протянувши руки н не найдя тотчас помощи? Еще раз страшно! Грустное впечатление этого случая надолго отравит нашу деревенскую жизнь, а она было началась так благотворно. Бедный Матвей! Писал к его матери*. Вчера деревенские мальчики приходили играть J< Саше, мне грустно было смотреть на них. С каким радушием наперерыв они старались чем-нибудь потешить Сашу! Низшие классы ужасно оклеветаны. Посмотрите, как добр, как весь предается ласке - простолюдин (разумеется, исключая дворовых), стоит с ним обходиться по-человечески. Грубые приемы наши ставят его еп garde 1 ; самая привычка подозревать, что его хотят обидеть, насторожила их. Но когда он уве· рится, что к нему подходят с любовью, он встрепенется и рад жизнь положить за всякого. Горе людям, пользующимся властью, чтоб еще более втаптывать в грязь народ, и стыд им за клевету подлую и низкую на них - они клевещут, чтоб оправдаться. А те, бедные, не имеют этой последовательности ненависти к истинно враждебному стану. 16. Вчера хоронили его. Кетчер и я несли гроб. Мир его памяти. Как живое быстро минует, переходит, пораженное смертью! Жизнь, как поток, тотчас находит свое русло и течет. Уединение сельской жизни, близость с природой и даль от людей чрезвычайно хороши. Человеr< долже:➔ по временам отходить в сторону, чтоб собраться. Внешнее однообразие жизни деревенской дает простор внутренним процессам. Каждая безделица в этом доме и в окольных местах напоминает мне меня в разные эпохи моей жизни; я нашел надпись, сделанную мною в 1827 году. и другую - в 1838. Какая ·поэма, роман, какой ряд событий и видоизменений между этими годами! Стремлюсь побывать в Васильевском, там я долее живал, и лучшие воспоминания детства и отрочества связаны с го7 1 настороже (фра,щ.). ' А. И. Герцен, т. 9 97

RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==