поэтическим отблеском прошедших веков. Лудвиг-Филипп, принимающий без штанов депутации, представляет какую-то циническую фигуру, поселяющую оо· вращение. 14. Покровское. Странно идет наша жизнь. Возле каждой минуты блага и счастия какая-то безотходная ирония ставит страшные привидения. Третьего дня мы приехали сюда, и я давио не был в таком светло-радостном расположении; вид полей меня обмыл, мне было хорошо, очень хорошо ... тишина кругом, спокойствие, все расположило душу к ряду впечатлений безотчетно гармонических. А сегодня утром в_ нескольких шагах от дому утонул Матвей*. Я любил его, он был для меня более нежели слуга, я в нем воспитал благородные свойства, и они принялись; он мальчиком вступил в мой дом и с летами приобрел истинно человеческие достоинства. Он развился более, нежели надобно, avec une precocite 1 , 1юторая начинала его му _ чить неравномерностью своей. Он тяготился своим состоянием, часто бывал небрежен, но всегда благороден, он искупал целый класс людей в моих глазах. И вдруr погибнуть так глупо, так бессмысленно случайно, 22 лет -- это страшно. Какой скептицизм навесают такие примеры! Вчера он упал было с плотины. Сяша со слезами бросился к нему и сказал: «Я тебя люблю, не утони»,- это ПОСJlедняя сладкая минута его. Я советовал не купаться ,за плотиной - он не ~ослушался, сегодня утром пошел и заплатил жизнию за неосторожность. Может, для него смерть благо, жизнь ему сулила страшные удары; с нежной душой, он ·был все же слуга, у него не было будущего. Но страшно быть свидетелем такого спасения от будущего. Когда я прибежал на берег, его искали и полчаса не могли найти в глубине, я велел спустить плотину, его поймали неводом и вытащили. Боже, этот цветущий силами, молодой человек, который вчера вечероll1 пребеззаботно говорил со мною, который не думал, конечно, о смерти, теперь посинелый труп с открытымн 1 Здесь: с быстротой ( франц.). 96
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==