неаполитанцу сложиться до совершеннолетия и подумать о своем положении, и то же беспечное легкомыслие помогает ему весело переносить все на свете. Странный народ,он трусит перед вздором и строит свои домы под вчерашним кратером. Все остальные стороны его жизни носят тот же характер небрежности и необдуманности. Работники и простой народ живут в каменных щелях между шестиэтажными домами, в грязи и вони, о которой теперь в Европе не имеют понятия; для них ничего не сделано, у них нет ни воздуха, ни воды, а они-то и составляют все население Неаполя. Народу уступлена, правда, улица -улица, но не солнце,- солнце за стеной, и этот народ, так грязно живущий, страстно любит свет, цвет, веселье, хохот, зрелища, наружный блеск; ему королевский дворец необходимее чистой квартиры, и в три месяца один фейерверк дороже свечки у себя дома. Озабоченный король Италии, мучимый, как Тантал, Венецией и Римом*, ничего не делает, чтоб занимать этого большого ребенка, и, не замечая того, оскорбляет его без нужды всякими пустяками. «Посудите сами,- говорил один недовольный офицер из неаполитанцев,- при Франческе у нас было несколько форм, четырех разных цветов панталоны, считая белые летние, а теперь - как нас одели? Стыдно ходить по улице, служба потеряла весь престиж». Вы будете смеяться над офицером, и я смеялся. А, в сущности, зачем Виктор-Эммануил не прибавил пятую пару? «Оставляя, мол, в ознаменование признанной самобытности королевства обеих Сицилий прежнюю военную форму, мы прибавляем еще общую итальянскую с таким-то шитьем» и проч. Офицер нашел бы в панталонах del'unita 1 новую приманку для службы и не стал бы вздыхать о Франческе. · Трезвый Пиэмонт этих вещей не понимает; он думает, как некогда княгиня 2 , что «если у ребенка есть башма1ш, так игрушек ему не надобно»*. Оттого-то он и не имеет ничего общего с разгульным городом. Требования Пи1 единения (итал.). 2 См. «Былое и думы». (Прим. А. И. Герцена.) 84
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==