1\И нежности к Путятину, ни одобрения к уличным сражениям с безоружными; барышни не хотели танцевать с преображенскими победителями. Драгонады не удались; правительство, чтоб скрыть ошибку, вытолкало Путятина и Игнатьева*. Революция в Петербурге («Московские ведомости») продолжалась, террор продолжался, правительство не знало, что выдумать, какие новые матрикулы ... по счастию, пожар выручил. Недаром народ русский любит поджог. Москва в 1812 пожаром освободила страну от иноплеменного ига, Петербург через пятьдесят лет тем же средством освободил императорскую власть от ига либерализма и многих публицистов - от насилия притворяться благородными людьми. Революция, террор были побеждены. Туча, нависнувшая над головами, прошла; плита, лежавшая на груди, превратилась в Станислава 1-ой степени ... Испуганное общественное мнение жалось к правительству, журналистика была за него. В это время показываются первые опыты доносов в печати, первые требования энергических мер, то есть казней. Правительство, видя это настроение, воспользовалось им. Что сказал бы наш незабвенный Чичиков, если б он увидел, как на развалинах мнимых баррикад и на пепле толкучего рынка Головнин и Валуев учредили открытые рынки, на которых покупались «Мертвые души» литературного мира*?Ремонтеры были посланы в Москву, где ни одной живой души не было после смерти Грановского, и следовательно, мертвых тьма тьмущая. Вскоре в нашей журналистике нельзя было никого узнать, Все изменилося под нашим зодиака~~*. Как переменились наши публицисты ... так ли, как образа меняются, или по убеждению,- знает· о том Н. Ф. Павлов, а не мы. Мы знаем одно, никогда нельзя было думать прежде, чтоб Щукин двор был так близок к их душе*; только при утрате его можно было оценить, как он глубоко врос в сердце «Нашего времени», «Моск(овских> ведомостей» и других «Пчел» и «Записок». С поджогов, лишенных поджигателей, начинается 71
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==