- Позовите кого-нибудь из секретарей,- сказал я, немного приподняв голос. - Ни одного еще нет. - Зачем нет, должен быть дежурный; что за беспо• рядок. Я сажусь здесь и буду ждать час, два; а потом, прошу покорно заметить, что, если не придет секре· тарь, я не возвращусь, а последствие этого вы возьмете на себя. Подагрик, несколько огорошенный, отправился во внутренние комнаты, беззвучно ступая по паркету с осторожностью слона, идущего по льду. Через минуту он воротился с черным фраком, видимо заряженным на всякую дерзость; он еще издали, для тону, громко смор· 1<аясь, спросил: - Где он? que diaЬle ... 1 - и срезался; я его знал корректором в «Насионале» и вместе с ним поправлял мои статьи. - Зачем,- говорю я ему,- Марраст играет в прят1ш и поставил каких-то гиппопотамов с цепями в свою охрану? Мне его нужно видеть по делу, которое столько же интересует его, как меня. - Видеть теперь президента невозl'11ожно; у него Ламартин и Гарнье-Пажес; поезжайте домой; я через два часа пришлю вам ответ. Через два часа, даю честное слово. Вы слышали, что затевают Коссидьер и Луи Блан? - Не слыхал, но не хочу у вас отнимать времени. Итак, через два часа ... Экс-корректор сдержал слово, и хоть не через два часа, но в тот же день явился ко мне, гремя палашuм и шпорами, зацепляясь каской за двери, драгун и подал огромный пакет, в котором лежала крошечная бумажка, и на ней: «Г. президент просит вас приехать завтра в 11 часов утра, время его утренней закуски». Когда я на другой день взошел в приемную залу, там стояли, сидели, ходили, говорили, молчали обычные лица всех официальных передних. У дверей во внутрен· пие комнаты красовались часовые из Национальной гвардии с ружьями у ног; лакеи в ливреях сновали взад и вперед; какие-то офицеры главного штаба пробегали 1 какого черта ... (фра,щ.) 518
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==