2 Пока старик собирал неопровержимые доказательства, что гарантии, даваемые законом всякому преступнику, не были взяты в уважение при процессе «последнr1х римлян» и великих патриотов, он получил первое предостережение. У него отнялись рука и нога. Немного спустя, как всегда бывает, когда судьба или ее представители хотят прекратить человека или журнал,- второе предостережение. Я намекнул 111adame Ральер, что положение не без опасности; она вскочила с каким-то ужасо~1. «Боже мой! я всегда этого боялась».- «Рассуд11те, заметил я: семьдесят шестой год».- «Нет, нет, вы этого, доктор, не поймете, он кою1uт так»,- и она побежала к мужу в l{аком-то истерическом раздражении. Приезжаю я раз к стар111<у утром и застаю его очень печаJIЬНЫ:\-1 И несПОl<ОЙНЫМ. - Мне,- говорит он,- с ва~ш надобно особо поговорить. К услугам вашим, у меня времени довольно. Посмотрите сперва, не подслушивает ли кто? Я посмотре11; разумеется, никто не подслушивал. Теперь заприте дверь и сядьте 1(0 мне побт.иже. fJoт в че:-.1 де..-10: я думаю, почти уверен ... - Ваше положение,- замет11л я,- не без опасност11 (старик презрите11ьно улыбнулся); но живут и не такие больные годы целые у нас теперь в Hбtel Dieu. Рал ьер строго посмотрел на меня 11з-г:од нависших бровей. - Извините,- сказал он,- у ~1еня нет достаточно сил и времени, чтоб дослушать эту, вероятно, очень интересную историю о вашем пациенте. Вы, доктор, кажется, человек умный и меня немного знаете; не можете же вы думать, что я не умею покоряться неизменны!\1 закона:1,1 естества? Я пожил довольно, слишком довольно. Меня занимает совсем другое. С того дня, когда великий учитель мой Ромм прижал меня к своей груди и сказал мне: «Храни эти чувства», я их хран11л во всех обстоятельствах моей трудной, скитальческой жизни. С ними я хотел бы отойти. Пока машина исправна, я ничего не боюсь; ну, а сломается (он указал пальцем на свой высокий, покрытый морщинами лоб) - что же я сделаю? 505
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==