знаете, просто страшно, когда он говорит о религии и о всем таком; я стараюсь просто не слушать. Это так прекрасно иметь религию, не правда ли?» - Нотариус н1:: перечил ей, не перечил и отцу. Он сидел весь день и часть вечера в своем студиуме, искал законы, писал черновые и принимал разных княгинь и маркиз в первую минуту зачатия подложной духовной, исправленного брачного контракта и без шума откладывал плоды своих советов в разные железные дороги. Старику было не по себе у н11х, он не шел ни 1< кабинету сына, ни к гостиной его жены, скучаJ1, слабел, становился мрачнее и, мне кажется, жалел Mont Sai nt Micl1el. Раза два ему хотелось у1"пи куда-нибудь на свободу и покой, но жена нотариуса и слышать не хотела; она решительно находила 11епр11личным иметь старика отца на стороне. «То положен11е, которое занимает (и с таким достоинством) мой Изидор,- говорила она. положение, которое создать и упрочить стоило жизни моему бедному отцу, обязывает ко многому; оно требует des 111enagements 1 и веJ1икий такт поведения. Это не капитал, с которого рента растет, как трава, пока мы спим; тут все зависит от нравственного 1<редита. Что же вы думаете - хорошо, когда пальцем укажут на папа, прибавляя, что это отец Изидора, и тут пойдут все эти комментарии, расспросы: «Отчего он 11е ужился у своего сына, и как он его отпустил, верно, его сноха выжила?» К тому же наш добрый старик опасен вне дома с сво11ми идеями с того света и фразами из «CheYaliers de ] а п1аi son гouge» Дюма*. Его посадят если не опять в тюрьму, то в сумасшедший дом. За ним надобно смотреть, как за ребенком, и я со всей охотой, со всей преданностью де ;~аю все это для отца моего Изидора». )Кена плакаJJа, Изидор принимался умолять старика; старик угрюмо соглашался ... и шел к себе читать по новому изданию «Монитера» девяностых годов процесс Ромма, делая на маржах2 отметки, поправки и собираясь торжественно уличить в криводушии редакторов - из которых ни одного не было в живых. ' осторожности (франц.). ~ по:1лх (от франц. тагgе). 504
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==