- Догадываюсь, впрочем. - Я в вагоне рассI<азал алжирсI<ую шалость, когданибудь я вам расскажу и не такие проказы парижан. Тут поневоле забудешь Фатиму и ее голодную cel\lыo ... Мне, на старости лет, всего лучше идет роль того доктора, I<оторый ходил в романе Альфреда де Виньн лечить рассказами своего нервного пациента от «снних чертиков»*. Жаль, что я не так серьезен, как мо11 собрат. - Я лечусь у вас у одного, доI<тор, к тому же и у меня головные боли без нервности и без всяких голубых и синих чертей. YI ... Семь часов утра. Проклятый дождь, не перестает четвертый день, мелк11й, английсI<ий, с туманом ... воздух точно распух. :=3десь та1<ой дождь не на месте - сердит. И какая скверная привычка у кошек петь ночью свои нежности; истинная любовь должна быть скромнее. А может, доктор столько же виноват в моей бессоннице, сколько кошки и дождь? Порассказал 011 мне вчера удивительные вещи. Какой шут, однакож, человек: живет себе припеваючи, зная о·~ень хорошо, что за картонными и дурно наl\lалеванныl\lи кулисами совершаются вещи, от которых волосы не станут дыбом разве у плешивых, у прежних наш11х помещиков и у юго-америI<анских охотников по беглым неграм. Много он видел и много думал; его несколько угловатый ю:--юр ему достался не даром. Когда другой доктор, и Иl\Iенно Трела, был министром внутренних дел, он его посылал по тюрьмам, где содержались побежденные работники в ожидании ссылки без суда. Он с Корменен был в тюльерийских подвалах, в фортах и один в марсельском Шато д'Иф. В декабрьские дни 1851 * он попался, неосторожно перевязывая своему товарищу рану, нанесенную жандармом, и за это был приговорен к Кайенне. В понтонах военного корабля, стоявшего наготове в Брест, его случайно нашел адмирал, у которого он спас дочь, и выхлопотал 453
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==