ПАШИМ ВР.!Г.!М Если мы можем позволить себе покинуть своих друзей а la fram;aise1, то мы не хотим расстатьсн с нашими врагами, не простившись с ними. К счастью, статья·, напечатанная в журнале, кото1·ый издает Катков* из «Московских ведомостей», представляет нам удобны(~ случай. В этой статье, озаглавленной «Русская печать за границей», расхваливают последнюю 1шиrу Н. Тургенева*. а нас ругают и пинают, как это и следовало ожидать от ad latus редактора и государственного мужа. Хорошо, мы тоже будем говорить о русской печати за границей. К сожалению, я должен, всячески извинившись перед нашими читателями, начать с самого себя. Я покинул Россию в 1847 г. Уже тогда существовало весьма замечательное умственное движение, которое пробивалось через все щели, через все поры, сквозь пальцы Николая. Литературы доносов, помогающей полиции, не было; крайне невежественное правительство свирепствовало, оскорбляло, а движение шло своим чередом. Летаргия, которая давила на образованную часть России, прекратилась после 1825 г.- стали просыпаться. Московский университет, ныне ретроградный и раболепный, был в апогее своей славы. Панславистские доктрины в Москве, фурьеризм в Петербурге* и стремления юношества к реализму естественных наук свидетельствовали об этой внутренней работе - подавляемой, 1 по-французскн, то есть не простившись (франц.). 368
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==