банкруты, как публичные женщины, как их страдательные собратья, не пишущие в пользу правительства, а 11одслушивающие ему в пользу. С ними говорить нечего. Но, может быть, в числе друзей наших найдутся JIЮди, не вполне освободившиеся от традиционных предрассудков, не ясно разграничившие в своем сознании отечество с государством, смешивающие родственную любовь к своему народу, готовность страдать об нем и для него, готовность отдать ei'.IY труд, жизнь - с готовностыо бессмысленно повиноваться всякому правительст~у. Им-то мы и хотим сказать несколько слов. Мы с Польшей, потому что мы за Россию. Мы со стороны поляков, потому что мы русские. Мы хотим независимости Польше, потому что мы хотим свободы России. Мы с поляками, потому что одна цепь сковывает нас обоих. Мы с ними, потому что твердо убеждены, что нелепость империи, идущей от Швеции до Тихого океана, от Белого моря до Китая, не может принести блага народам, которых ведет на смычке Петербург. Всемирные монархии Чингизов и Тамерланов принадлежат к самым начальным и самым диким периодам развития - к тем временам, когда сила и обширность составляют всю славу государства. Они только возможны с безвыходным рабством внизу и неограниченным тиранством наверху. Была ли нужна, иJiи нет наша имперская формация, нам на сию минуту дела нет - она факт. Но она сделала свое время и занесла одну ногу в гроб - это тоже факт. Мы стараемся от всей души помочь другой ноге. Да, .мы против империи, потому что мы за народ!
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==