национальном, политическом, на пути реформ, заменяющих меньшим злом большее,- невозможно; тут не по:--.южет ни итальянская Unita, ни Бисмаркова Пруссня, ни даже manhood suff rage 1 в Англии . .Между Европой и Азией развивается стра па на иных основаниях. Она выросла колонизацией, захватывая в свою жизнь всякую всячину, она окрести.1ась без катотщизма, она сложилась в государство без римского права и сохраняя, как народную особность свою,- ориr11нальное понятие об отношении человека к зе.мле. Оно состоит в том, что будто бы всякий, работающи11 на этой земле, и.меет на нее право как на орудие работы. Это сразу ставит Россию на социальную почву, и притом на чрезвычайно новую. О зе.мле не поминала ни одна революция, домогавшаяся воли, по крайней мере после крестьянских войн. Ни с горных высот Конвента, ни с высот июньских баррикад мы не слышал11 слова зе1,1лu. Понятие земляного участка так чуждо европейскому пониманыо, что Лассаль старался вытол1шуть землю из-под ног работника, как гирю, мешающую его свободной личности. У нас право на землю не утопия, а реальность, бытовой факт, существующнi'r в своей естественной непосредственности и который следует возвестн в факт вполне сознательный. Все сельское население принимало спокон века это естественное право свое, не рассуждая о нем. Его только не знали в высших слоях, образованных на западный лад. Сельская община при тех обстоятельствах, при которых она развивалась, ценой воли продала землю сбщиннику. Личность, имеющая право на землю, car.!a становилась крепка земле, креш<а общине. Вся задача наша теперь состоит в том, чтоб развить полную свободу лица, не утрачивая общинного владения и самой общины. Возможно ли это? В этом в свою очередь наш вопрос будущего. 1 нзбвратсльное лраво для мужчнн (англ.). 295
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==