Вьшrранная стариком жена обманывала его, холила п «за нескодько дет до смерти была посредницей между 1-ш и красавицами, в которых он влюблялся», а умер он 90 лет от роду 1 января 1836, на лестнице Зимнего дворца, куда явился n полной генерал-лейтенантской форые длп поздравления с Новым годом. Таковы неыецко-финские составные части дворянской русской семьи Вигелей. Взглянем теперь на ее славянский элемент. Мать Ф. Виrеля была дочь какого-то пензенского уроженца Лебедева. Остаnшись сиротой, она воспитывалось под поI<ровительством дальнего родственниI<а Чулкова, о которо:-,1 за его доброе дело Вигель желает сохранить трогательное семейное предание. «Родившись в низко:--1 звании, он неизвестно как попал в придворные истопники на половину цесаревны Ел11саветы Петровны. По усердию своему он стал известен ей и близок. Почести посыпались на него с ее воцарения, он сделался действительным камергером, александровс1шм кавалером и даже, наконец, генерал-атиефолt, хотя в военной службе никогда не был». Тогда-то «дворяю<а Кривская, урожденная хотя татарсI<ая, но все-таки княжна (Мещерская), с благодарностью приняла его предложение и вышла за него замуж». Наслышался Виrель от матери своей, бывшей в таКО:\1 высокопоставленном обществе, о жизни императрицы Елисаветы. Во внутренности дворца она была окружена толпою женщин из простонародия, болтуний, сплетниц. Суеверие, ложные слухи производили в ней бессонницу, и эти женщины должны были сначала рассказывать ей сказI<и, а потом шепотом говорить между собой. Ген ерал -аншеф Чулков должен был также тут находиться, он каждую ночь приносил свой тюфяк, клал его на пол и, как бессменный страж, ложился у ее ног ... Случалось, что она вставала раньше старика, тащила его, шутила с ним, а он, приподнимаясь, легонько потрепьюал ее, говоря: «Ох ты, моя лебедка белая». Мать Вигеля забыла прибавить к этой трогательной семейной картине, что ЕJшсавета ложилась почти всегда спать пьяная. Далее идет рассказ о скитании по губерниям. Посе137
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==