из-под не СТЫДЛIIВОГО резца, не це.10~1удре11но11 I<IICTH? Образа, одни образа! Обернулись .1юд11 с историческим угрызением совест11 в отверженное бы.,ое, порыш1сь между развалинаi\ш беспутной Греции, распутного Ри:'l!а. (Известно, что древние бесстыдники, лншенные двухтысячелетнего восп1панш1 в телобоязнь и телоумерщвленне, вая.rш сво11 статуи та1<-таки нагишом, как ~~ать родн.'lа, 11 оп<апа:ш 11ес1,олы<о греховных истуканов их.) Что же вышло? И это все образа, н че.rювек нево.1ыю очищается II молится пеrед нюш. 1 Iадобно было все влнян11е «двухтысячелетнего восп11та1111я» в разврате праздного, несыто-холостого, клерикального воображения, чтоб попам пришло в голову в римских галереях наградить статуи виноградными листами - и натянуть через это нечистый ню;ек. Девствен1ш1ш вы мои, целомудренникн I Iваны Орлеанские, как вы ме.ТJко плаваете! И неужели критикан «Отеч(ественных) записок» думает, что достаточно было бы Тургеневу уrоворнть Кукшину (что, вероятно, при ее .1ечени11 шампанским и не предст авило бы больших затруднений) стать возле Венеры в флорентийских Уффициях* на 11ьедестале и снять с себя рубашку, что 011 и пораз11т на голову несвойственное негJшжс статуй и что искусство снова лишится великого, единого идеала своего - красоты человеческого тела? II знаете ли, что всего страннее, перед полицией виноватыми остались бы не Венера и не Кукшина, а Тургенев, vir pudicus 1, которыii привел пьяную дуру в порядочное общество. Вот и 11щи справедливости в мире. Сказанное об искусстве относится и к науке. Простое отношение к природе, к ее наивноii наготе, к ее святоi i, чистой наготе никогда не загрязнит ничьего воображения. Не э.мбриология несsойственна, а бо.,езненная, натянутая цивилизация, вгоняющая равно все страстное и светлое, всякое естественное чувство и здоровое отношение внутрь - несвойственна больше человеку. Она так исю1зила воображение, что все естественное приводит его в краску при сsидетелях; она его, сверх того, привела 1 муж скромный (11а111.). 131
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==