сти, нп та стыдливость, которая выработана двухтысячелетнею христианскою цивилизацией, нисколько не шокируется подобным разговором, подобным занятием. Все это доказывает только, что r. Тургенев слишком вскользь коснулся того влияния, которое требоIЗало более всесторонней разработки, которое nрояв.1яется не в ол.• них безобразных Кукшиных. Не смею со;-,шеваться в словах ученого критика, но признаюсь откровенно, он не убедил меня. Я читал все, что писал Тургенев, не только хорошее, но и дурное. Тургенев очень умный человек, у него бездна образования, такта и вкуса. Как же я поверю, что он «думал Кукшиной г:оразить на голову несвойственные занятия женщинам», понимая под ними физиологию? Не верю, да и только. Лицо Кукшиной вообще неудачно и пошло ... Тургенев слаб и даже плох там, где он, насилуя свой талант, пишет на заданную политическую и полемическую те;\1у; он впадает в шаржу, и Кукшина так же не тип, а карикатура, как князь Луповищшй К. Аксакова*. Особенного вреда в этих паясничествах нет; назначаемые для потехи известного райка, намалеванные яркимн 1<расками, иногда избалованной кистью зазнавшегося r-.1астера, иногда памфлетистом для того, чтоб приударить противнююв, они не имеют серьезного значения, и те;-,1 паче такого гро;\1адного значения, как г. критик приписал Тургеневу. Ведь не у Тургенева размягчился мозг в Париже, чтоб можно было думать, что он поддерживает ынение Фаены Егоровны об исключении женщ1111 из науки и о том, что плохой фарсой он «на голову побил» вопрос, стоящий теперь на первом плане в Европе и Северной Америке. Что женщина, занимающаяся эмбриологией, может быть очень смешна и очень противна, это правда; но 11 то правда, что в комедиях Островского вы найдете жен· щин еще смешнее и еще противнее, никогда на занимавшихся теоретической эмбриологией. Стало быть, если за это кого-нибудь надобно казнить, то не теоретическую и практическую эмбриологию, а женщин вообще. Запретить их как-нибудь на французский манер, конечно, можно, и дело пойдет, как по маслу: § 1. Женский пол отменяется. § 2. Род человеческий разделяется по образу кавалерии на два мужских пола: 129
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==