... Между жителями Новой Зеландии и обитатеJ1ями какого-нибудь квартала в Париже не больше различия, как между Фобласом и Орасом. А ведь между тем и другим не бог знает сколько времени прошло. Фоблас на старости лет мог еще встретить Ораса у маркизы или поколоппь его в опере, когда он так мещански хвастался своей победой,- и поколотить той самой палкой, которую он оставил у актрисы, а сын нашел. Фоблас совершенно искренний че.1овек, он ищет не победы, а наслаждения, он ветрен, впечатлителен и так же откровенно раскаивается в своих изменах Лодоиске (всякпй раз двадцатью четырьмя часами позже, нежели следовало), как и изменяет ей. Останавливать Фобласа поздно, по бояться нечего: 011 со времепс~1 остепенится и сделается человекоi\1; может быть, по дороге он потеряет состояние, здоровье, но сердце у него останется. Фоблас жил в испорченном воздухе будуаров; ударил гром -- Фоблас сделался Ларошжаклено~,. Орас не переродился землетрясением; в нем нет больше «нерва», как говорят французы. Слабости Фобласа - мужские, слабости Ораса •- женские; его настттщее призвание - жить паразитно~'i жизнию, мучить женщину, делать из нее пьедестал, скамейку, обирать ее, тянуться перед ней, капризничать и, говоря с нею, смотреть в зеркало на самого себя. Но отчего ж все это ... отчего? А отчего, с другой стороны, несмотря на то, что «Фоблас» часто неприличнее романов Поль де Кока, когда вы читаете последние, чувствуете, что грязь глубже и топче? Уровень понизился! Между Луве и Поль де Коком, между Фобласом и Орасом что-то прошло и понизило людей. С тех пор уровень все еще падает. Фигаро Бомарше и Лизетта Беранже * сделались теперь такими же идеалами, как Баярд и Женевьева*. Фигаро - забавный, милый плут, заменился Робер Макером *, который уже крадет и грабит, делает фальшивые векселя, убивает. Вместо Манон Леско и Лизетты является Марго (в «Les filles 59
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==