надейтесь на нас, мы вас не выдадим!» Это был ссыльный духоборец. Давно Оболенский мучился желанием иметь вести о своих через княгиню Трубецкую, которая приехала в Иркутск. Средств ей доставить письмо не было никаких. Оболенский попросил помощи раскольника. Тот недолго думал. «Завтра в сумерки,- сказал он,- я буду на таком-то месте, приносите письмо, оно будет доставлено! ..» Оболенский отдал ему письмо, и он в ту же ночь отправился в Иркутск, через два дни ответ был у Оболенского. Что было бы, если б его поймали? - Свои не считаются ... Раскольник заплатил со стороны народа за Радищева. Итак, в лесах и рудниках Сибири впервые РоссиS1 петровская, помещичья, чиновническая, офицерская и Русь черная, крестьянская, сельская, обе сосланные, скованные. обе с топором за поясом, обе, опираясь на заступ и отирая пот с лица, взглянули друг на друга и узнали давно забытые родственные черты. Пора тому же совершиться белым днем, громко, открыто, везде. Пора дворянству, искусственно поднятому немецю1ми машинами над общим уровнем в своем водоеме, слиться с окружающим морем. К фонтанам пригляделись, и «Самсон» не удивляет своим стержнем воды из львиной челюсти рядом с бесконечностью морской зыби. _ Петергофский праздник кончен, куртажная пьеса в костюмах сыграна, лампы тухнут и чадят, водометы едва сочатся, - пойдемте домой! «Все это так, но ... но ... не лучше ли народ поднять?» Можно, только надобно знать, что поднимать на дыбу - одна верная метода и есть, метода преображенского застенка, метода Петра I, Бирона, Аракчеева. Потому-то и император Александр ничего не сделал с Каразиными и Сперанскими - а дошедши до Аракчеева, на нем и остановился. Народу слишком много, чтоб его в самом деле можно 453
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==