Халкидонам. Вот оттуда-то мы и желали бы «претрепетно» явить перед очию всех добрые дела духовных светильников твоих. После вековых страданий,- страданий, превзошедших всю меру человечес1<0го долготерпения, занялась заря крестьянской свободы. Путаясь перевязанными ногами, ринулась вперед, насколько веревка позволяла, наша литература; нашлись помещики, нашлись чиновники, отдавшиеся всем телом и духом великому де.пу; тысячи и тысячи людей ожидали с трепетом сердца появления указа; нашлись люди, 1<0торые, как М. П. Поrодин, принесли наибольшую жертву, которую человек может принести,- пожертвовали здравым смыслом и до того обрадовались манифесту, что стали писать детский бред*. Ну, а что сделала в продолжение этого времени всехскорбящая, сердобольная заступница наша, новообрядческая церковь наша со. своими иерархи? С невозмущаемым покоем ела она свою семгу, грузди, вязигу; она выказала каменное равнодушие к народному делу, то возмутительное, преступное бездушие, с которым она два века смотрела из-под клобуков своих, перебирая четки, на злодейства помещиков, на насилия, на прелюбодеяния их, на их убийства ... не найдя в пустой душе своей ни одного слова негодования, ни одного слова проклятья! Европа встрепенулась; в Англии, во Франции чужие приветствовали начало освобождения, показали уча- 'етие. Укажите мне слово, письмо, проповедь, речь - Филарета, Исидора, Антония, Макридия, Мельхиседека, Агафатокла? Где молитва благодарности, где радостный привет народу, заступничество за него перед остервенелым дворянством, совет царю? Ничего подобного - то же афонское молчание, семга, вязига, похороны, освящение храма, купеческие кулебяки да вино. благо гроздия винолозы постные суть. А тут, лет через двадцать пять, «претрепетное желание», и они выставят «во благоухании почившего» какого-нибудь Трифона или Тихона с кружечкой для благодатных дателей! Что у вас общего с народом? Да что у вас общего с людьми вообще? С народом - разве борода, кото_рой 380
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==