10 АПРЕЛЯ 1861 И -УБИЙСТВА В ВАРШАВЕ Праздник наш был мрачен. Я не знаю дня, в который бы разорванность давила беспощаднее и тяжелее, где бы плошки были так близки к слезам ... Нет, русский не должен забываться, не пришло еще время нам торжествовать светло и беззаботно, не пришло время прямо и гордо подымать взгляд - нет, еще не от избытка радости, а с горя и заглушая боль и стыд, будем мы пить наше вино! Мы как будто помолодели вестью освобождения крестьян. Все было забыто; с упованием па новую поступь России, с бьющимся сердцем ждали мы наш праздник. На нем в первый раз отроду, при друзьях русских и польских, при изгнанниках всех стран, при людях как Маццини и Луи Блан, при звуках «Марсельезы», мы хотели поднять наш стакан и предложить неслыханный при такой обстановке тост за Александра I I - освободителя крестьян! Мы очень хорошо знали ответственность, которую на нас обрушивал этот тост,- мы подвергались тупому порицанию всех оrраниченностей, желчной клевете всех мелких завистей. Нам до этого дела не было; поступок наш казался нам чистым и справедливым. Мы знали и другое, мы знали, что этот тост, произнесенный нами и у нас, отозвался бы иным образом в сердце государя, чем подценсурная риторика допускаемых похвал и отдаваемых в казенные проценты восторгов. 362
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==