I-ie воспользоваться этим временем, чтоб тихо, бескровно взойти в новый возраст, или сбиться с дороги, когда она так ясна, было бы великое несчастие и вели1<0е преступление. Но что же мешает? Сверх невежества, окружающего государя, и чи1ювничества, основанного на плутовстве, один враг всего опаснее. - Кто? Boikкo? - Нет. Войско бессмысленно, как нож: в чьи руки 011 попадает, тот им и режет; войско имеет один постоянный характер: оно всегда делает вред и никогда не рассуждает. Наше войско, я думаю, скорее ближе к пароду, чем другие. - Итак, барство? - У пас барство не имеет ни нравственных, ни физических сил. Оно по своему положению слишком зависимо от трона, оно все служилое и выслужившееся, боrатстnа его жалованные. У нас нет торизма, который бы сам в себе представлял и охраняющую партию и реформу, упрямого лорда Дерби и родного сына его .1Jорда Стенли. Большая часть наших аристократов люди совершенно неделовые и неполитичес.кие; они вносят в общество свое чванство, свои деньги, но никакой идеи. Те же из них, которые развились, те оставили за собой многих западных аристократов, 110 они не принадлежат больше ни к своей касте и ни к какой дру.rой, они стали просто людьми. Сверх того, где почва гражданской деятельности нашего барства - в английском клубе, в московских гостиных? .. даже домовая церковь князя Серrия Михайловича Голицына закрылась. Наши аристократы не умели никогда воспользоваться ни дворянскими собраниями, ни дворянскими выборами. Последнее политическое право, которым они пользовались сап amore 1 ,- право сечь себе подобН,ЫХ, и с ним они, бедные, расстаются теперь! - Но тогда кто же мешает ринуться России вперед? - Прислушайтесь. 1 с любовью (итал.). 302
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==