которыми закабаляли больше и больше это живое тесто, которое они были призваны вьщнвилизовать. За работу они принялись усердно: что помещик - то Петр 1, что немец - то Бирон. Помешик высе1<ал из крестьянина лакея, Аракчеев солдата. Добросовестные из них были уверены, что они образуют их. «Посмотрите,- говорит помещик, указывая на Гришку,- три года тому назад за сохой ходил, а вот теперь служит в анrлийс1<ом клубе не хуже всякого официанта; у ме11S1 есть секрет их учить. Тяжело было, нечего делать, нс одну_ березовую припарку вынес; зато теперь сам чув _ствует мои благодеяния». И действительно, Гриш1<а чувствовал это и богу молил за барина, и отца с матерью в деревне презирал ка1< сиволапых мужиков. Так у нас шло тихо да келейно, посе1<ая да постегивая; и долго бы прошло, да вдруг русскаS1 ж11з11ь натолкнулась на русский вопрос, а по-немецки его разрешить нельзя. Вопрос этот в освобождении крестьян с землею ... и во всяких чудесах - в праве на землю, в общинном владении. 11 ДОКТРИНЕРСТВУЮЩИЕ НЕМЦЫ То, что делалось грубо, хирургически в передней и казарме, повторялось с разными утонченными и нерв . ными видоизменениями во всех других сферах. Разрыв, которым для нас началась немецкая нау,са, невольно ставил все отторгаемое от прежнего единства в враждебное отношение ко всему остававшемуся по старине. Освобождаясь от целого мира нелепых предрассудков и тяжелых форм, новая Россия не делалась свободной, на это она еще не имела достаточной самостоятельности, а подчинялась другому нелепому порядку и принимала его предрассудки - второй степени, так сказать. Допетровская жизнь была виновата в разрыве, она обусловила и вызвала его; в ее сонном прозябении 269
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==