сии. Для того, чтоб сказать, можно ли идти с Россией или нет, надобно посмотреть, что выйдет из общего движения, в которое Россия ринута ... Неужели вы в самом деле не видите, как подтаивает снежная вершина, давящая нас? Николай заметил, что жизнь отлетела от его самодержавия, что у него нет дела, а только казни. Он выдумал войну, его побили ... два градуса меньше. Он умер - десять градусов,- а дела живого, а жизненной задачи все нет. В минуту какого-то вдохновения, а может, и отчаяния, Александр II нашел дело, роковое, необходимое· и дело живое: освобождение . крестьян. Тяжелые ворота, скрыпя на ржавых петлях, отворились в новую эпоху; тут старые 1шартальные и хожалые" Орловы и Закревские, лакеи и шпионы, Панины и .Муравьевы, по старой памяти, стоят на дороге, толкают назад, не пускают идти, придают себе вид силы. Если они помешают, это уж наша вина! Вот поэтому-то я снова возвращаюсь к тому, что все наши усилия должны быть сосредоточены на одном вопросе, собраны около одного знамения, in hoc signo vincetis! 1 Выбор вопроса не нами сделан, но мы лучшего не могли бы сделать. И вот опять причина, почему мы оставили все на свете и прилепились к одному вопросу - об освобождении крестьян с землею. Судить нас, стало быть, не следует за выбор вопроса, а за образ обсуживания его, сообразен ли он с основами наших убеждений или нет? Если Россия, освободивши крестьян с землею, действительно взойдет в ту новую фазу жизни, о которой мы го-ворили, я не думаю, чтоб Украйна захотела отделиться от нее. Она тогда не будет иметь тех причин, которые заставляли ее в половине XVI I столетия брос2ться к татарам, к .Москве от дворянскикатолическ~го ига Речи Посполитой, а при Петре I отдаться шведам. Если же Россия, запнувшись на первом шаге, останется под розгой помещика, под палкой полиции, без су.па, без прав, управляемая ординарцами и писарями, 1 под этим знаменем вы победите! (мт.) 13* 195
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==