данного опыта. Но это еще не все. Шаг за ·шагом пробираясь по бороздам, омоченным потом Западной Европы, мы наткнулись на зародыш экономических и административных учреждений, основанных на общности землевладения, на аграрном и инстинктивном 1<оммунизме. При этом от1<рытии наши старые друзья, нравственные скитальцы, не знавшие, где приклонить голову, затерянные в неприязненной среде и напряженно стремившиеся к далекому идеалу, уводящему от гнусной и пошлой действительности,- наши друзья приостановились; они увиде.пи, что под прокаженною оболочкой императорской, помещичьей, чиновничьей России таится нечто живое, сильное, неведомое - особый мир, требующий изучения, мир, основанный на общине и владении землей. Роль печальной и меланхолической личности, человека, чувствующего себя лишним именно потому, что он хочет быть настоящим челове1<ом, эта роль уже сыграна. Перед этим человеком поставлена теперь задача. Предстоит освободить элементы русской общинной жизни от всего, привнесенного татарщиной, царизмом, бюрократией и немецкою казармократией, посредством режима указов, крепостного права и т. n. Приняв эти элементы за естественную отправную точку, надо развить и просветить их социальной идеей Запада на пользу всемирной науке о благе человечества. Этим задачи еще не исчерпаны. Еще одна стоит на очереди. Необходимо уберечь это развитие от лихорадочных кризисов, от насильственных возвращений к прошлому, от кровавых и страшных, едва не погубивLl,IИХ народы Запада конвульсий, в которых родилась и созрела социальная идея. Как видите, все зависит от того, осуществится ли тесное единение между Владимиром Ленс1<им, студентом Геттингенского университета, поклонником Шиллера и Гёте, утопическим мечтателем, поэтом с длинными кудрями, и стариком Савинычем, практическим философом ·с суровым и сильным характером, подлинным представителем циклопической породы крестьян134
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==