село, но крестьянский быт скорее физио.11оrический характер, доrосударственпое statu quo, состояние, посылка, которой силлогизм будет в будущем,- нежели продолжение московского царства; оно было и при нем,- вот все, что мы можем сказать. Изменить его было бы очень трудно, да это II не нужно, совсем напротив, на нем-то и созиждется будущая Русь! Конечно, нелегко перейти от военного деспотизма и немецкой бюрократии 1< более простым и народным началам государственного строения. Но где же эти непреодолимые препятствия? Разумеется, мудрено видеть истину, если одним не позволяют говорить, а другие интересованы, чтоб скрывать. Государь ничего не видит из-за стропил и лесов канцелярии и бюрократии, из-за пыли, поднимаемой маневрирующими солдатами; и поэтому правительство, вступив в эпоху реформ, идет ощупью, хочет и не хочет; а те, которые могли бы дать совет, те бьются, как рыба об лед, не имея голоса. Для того, чтоб продолжать петровское дело, надобно государю так же откровенно отречься от петербургского периода, как Петр отрекся от московского. Весь этот искусственный снаряд императорского управления устарел. Имея власть в руках и опираясь с одной стороны на народ, с другой - на всех мыслящих и образованных людей в России, нынешнее правительство могло бы сделать чудеса, без малейшей опасности для себя. Такого положения, как Александр II, не имеет ни один монарх в Европе,- но кому много дается, с того много и спросится! .. 15 июля 1857,
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==