море, их блеск и мерц·анье обязывают к особой пышности. Моллюски отделывают перламутром и жемчугом свои каюты. Один поверхностный взгляд на Венецию показывает, что это город, крепкий волей, сильный умом, республиканский; торговый, олигархический, что это узел, которым привязано что-то за водами, торговый склад под военным флагом, город шумного веча и беззвучный город тайных совещаний и мер, на его площади толчется с утра до ночи все население, и молча текут из него реки улиц в море. Пока толпа шумит и кричит на площади св. J\'lapкa, никем не замеченная лодка скользит и пропадает - кто знает, чт6 под ее черным пологом? К:ак тут было не топить людей возле любовных свиданий? Люди, чувствоп~вшие себя дома в Palazzo Ducale 1 , должны были иметь своеобразный закал. Они не останавливались ни перед чем. Земли нет, деревьев нет - что за беда, давайте еще больше резных каменьев, больше орнаментов, золота, мозаики, ваянья, картин, фресков. Тут остался пустой угол - худого бога морей с длинной мокрой бородой в угол! Тут порожний уступ - еще льва с крыльями и с еванrельем св. Марка! Там голо, пусто - ковер из мрамора и мозаики туда! К:ружева из порфира туда! Победа ли над турками или Генуей. папа ли ищет дружбы города - еще мрамору, целую стену покрыть иссеченной занавесью и, главное, еще картин. Павел Веронез, Тинторетт, Тициан за кисть, на помост, каждый шаг торжественного шествия морской красавицы должен быть записан потомству кистью и резцом. И так был живуч дух, обитавший эти камни, что мало было новых путей и новых приморских городов Колумба и Васко де Гама, чтоб сокрушить его. Для его гибели нужно было, чтоб на развалинах французского трона явилась «единая и нераздельная» республика и на развалинах этой республики явился бы солдат, бросивший в льва по-корсикански стилет, отравленный Австрией *. Но Венеция переработала яд и снова оказывается живою через полстолетия. 1 Дворце дожей (итал.). 464
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==