да и не в одних швейцарских, а во всех небольших городах. «Чудесный город Флоренция,- говорит Баку-_ нив,- точно прекрасная конфета... ешь - не нарадуешься - а через неделю нам все сладкое смертельно надоедает». Это совершенно верно, что же и говорить после этого о швейцарских городах? Прежде было покойно в хорошо по берегу Лемана; но с тех пор, как от Вевея до Вето все застроили подмосковными и в них выселились из России целые дворянские семьи, исхудалые от несчастия 19 февраля 1861,- нашему брату там не рука. Лозанна. Я в Лозанне проездом*. В Лозанне все проездом, Ероме аборигенов. В Лозанне посторонние не живут, несмотря ни на ее удивительные окрестности, ни на то, что англичане ее открывали три раза: раз после смерти Кромвеля, раз при жизни Гиббона и теперь, строя в ней домы и виллы. )Кивут туристы только в Женеве. . Мысль о ней для меня неразрывна с мыслью о самом холодном и сухом великом человеке и о самом холодном и сухом ветре - о Кальвине и о бизе. Я обоих терпеть не могу. И ведь в каждом женевце осталось что-то от бизы и от Кальвина, которые дули на него духовно и теJrесно со дня рождения, со дня зачатия .и даже прежде - один из гор, другой из молитвенников. Действительно, след этих двух простуд, с разными пограничными и чересполосными оттенками: савойскими, валлийскими, пуще всего французскими - составляет основной характер женевца - хороший, но не то, чтоб особенно приятный. Впрочем, я теперь описываю путевые впечатления, а в )Кеневе - я живу. Об ней я буду писать, отойдя на артистическое расстояние ... ... В Фрибург я приехал часов в десять вечера ... * прямо к Zahringlюf'y. Тот же хозяин, в черной бархатной скуфье, который встречал меня в 1851 году, 430
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==