Послею➔ее к делу не идет, а идет к делу то, что я совершенно разделяю воззрение негра. Долго живши на одном месте и в одной колее, я чувствую, что на не• которое время доволы-tо, чго надобно освежиться дру• rими горизонтами и физиономиями... и с тем вместе взойти в себя, как бы это ни казалось стран11ы.\1. Поверхностная рассеянность дороги не мешает. Есть люди, nредпочllтающие отъезжать внутренно: 1по при поыощи си.льной фантаз1ш и оталекаемости от окружающего - на это надобно особое помазание, близкое I< гениальности и безумию,- кто при помощ11 опиума или алr<оrоля. Русские, например, пьют запоем неделю-.l!.руrую, потом возвращаются ко дворам и де• лам. Я предпочитаю передвижение всего тела передвижению мозга и кружение по свету - круже1111ю головы. Может, оттого, что у меня пох:,..1елье тяжело. Та1: рассуждал я 4 октября 1866 в небольшой ко~111атс дрянной rоспшицы на берегу Невшательскоrо сзера, в которой чувствовал себя как дом::~, как будго в ней жил всю жизнь. С летами странно развивается потребность одино• чества и, главное, тишины ... На дворе было дово.r1ы-10 тепло, я отворил окно ... Все спало глубоким сном, и город, и озеро, и причаленная барка, едва-едва дышавшая, что было слышно по небольшому скрыпу и видно по легкому уклонению мачты, никак не попадс1.вшей в линию равновесия и переходившей ее то направо, то налево ... ... Знать, что никто вас не ждет, никто к вам не взой• дет, что вы можете делать что хотите, умереть пожалуй ... и никто не помешает, никому нет дела ... разом страшно и хорошо. Я решительно начинаю дичать и иногда жалею, что не нахожу сил принять светскую схиму. Только в одиночестве человек может работать во всю силу своей могуты. Воля располагать временем и отсутствие неминуемых перерывов - великое дело. Сделалось скучно, устал челш~ек - он берет шляпу и сам ищет людей и отдыхает с ними. Стоит ему выйти на улицу - вечная каскада лиц несется, нескончаемая, меняющаяся, неизменная, с своей искрящейся радугой 427
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==