ходит ко мне черкес. «Вот, говорит, что случилось;• мы, говорит, вчера, как отпускали русских, забыли мальчика лет четырех: он спал ... так и забыли ... Как же быть?» - Ах вы, собаки ... не умеете ничего сделать в порядке. Где ребенок? - «У меня; кричал, кричал, пу, я сжалился и взял его».- Видно, тебе аллах счастье пос.1ал, мешать не хочу ... Дай туда знать, что они ребенка забыли - а ты его нашел - ну, и спрашиваi"'r выкупа.- У моего черкеса так и глаза разгорелись. Разу.\1еется, мать, отец в тревоге - дали все, что хотел черкес... Преоrешноii случай. - Очень. Вот черта к хара[(теристике будущего героя в Самогитии *. Перед своим отправлением Лапинский заехал ко мне. Он взошел не один и, несколько озадаченный выражением моего лица, поспешил сказать: - Позвольте nам представить моего адъютанта. - Я уже имел удовольствие с ним встречаться. Это был Поллес. - Вы его хорошо знаете? - спросил Огарев у Лапинского наедине. - Я его встретил в том же Boarding Hous'e, где теперь живу, он, кажется, славный малый и расторопный. . - Да вы уверены ли в нем? - Конечно. К тому же он отлично играет на виолончели и будет нас тешить во время плаванья ... Он, говорят, тешил ПОЛ[(ОВника и кой-чем другим. Мы впоследствии сказали Домантовичу, что для нас Поллес очень подозрительное лицо. Домантоrзич заметал: - Да я им обоuлt не очень верю, но шалить они не будут. И он вынул револьвер из кармана. Приготовления шли тихо ... Слух об экспедиции все больше и больше распространялся. Компания дала сначаJiа пароход, оказавшийся негодным по осмотру хорошего моряка, графа Сапеги. Надобно было начать перегрузку. Когда все было готово и часть Лондона знала обо всем, случилось следующее. Сверцекевич и Доман383
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==