Вот мой ответ: «М. г., поверьте, что мне очень больно, что я должен был писать к вам о предмете, неприятном для вас, но вспомните, что вопрос об уничтожении телесных наказаний для нас имеет чрезвычгйную важность. · Русский солдат, русский мужик только тогда вздохнут свободно и разовьются во всю ширь своей силы, когда их перестанут бить. Телесное наказание равно растлевает наказуемого и наказывающего,- отнимая у одного чувство человеческого достоинства, у другого чувство человеческого сожаления. Посмотрите на результат помещичьего права и полицейски-военных экзекуций. У нас образовалась целая каста палачей, целые семьи палачей - женщины, дети, девушки розгами и палками, кулаками и башмаками бьют дворовых людей. Великие деятелн 14 декабря так поняли важность ·этого, что члены общества обязывались не терпеть дома телесных наказаний и вывели их в полках, которыми начальствовали. Фонвизин писал полковым ко ·мандирам, под влиянием Пестеля, приказ о постепенном выводе телесных наказаний. Зло это так вкоренилось у нас, что его последовательно не выведешь, его надобно разом уничтожить, как крепостное состояние. Надобно, чтоб люди, постав :пенные, как- вы, отдельными начальниками, взяли благородную инициативу. Это, может, будет трудно,- что же из этого? Тем больше славы. Если б я мог надея1ься, что наша переписка приведет к этому результату, я благословил бы ее, это была бы для меня одна из высших наград - моя андреевская лента. Еще слово. Вы говорите, что могли бы показать обстоятельства дела, то есть доказать, что наказание было справедливо. Это все равно. Мы не имеем права сомневаться в вашей справедливости. Да и что же бы ·было писать к вам, если б у вас матросы наказывались несправедливо? Телесные наказания и тогда надобно ·уничтожить, когда они по смыслу татарски-немецкого законодательства совершенно спр-аведливы. · · · 20 А. И. Герцен., т. б 305
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==