Ехать к Гарибальди было поздно. Я отправился к Маццини и не застал его, потом - к одной даме, от которой узнал главные черты министерского сострадания к болезни великого человека. Туда пришел и Маццини, таким я его еще не видал: в его чертах, в его голосе были слезы. Из речи, сказанной на втором митинге ·на ПримрозГиле Шеном *, можно знать еп gros 1 , как было дело. «Заговорщики» были им названы, -и обстоятельства описаны довольно верно. Шефсбюри приезжал советоваться с Сили; Сили, как деловой человек, тотчас сказал, что необходимо письмо Фергуссона; Фергуссон слишком учтивый человек, чтоб отказать в письме. С ним-то в воскресенье вечером, 17 апреля, явились заговорщики в Стаффорд Гауз и возле комнаты, где Гарибальди спокойно сидел, не зная ни того, что он так болен, ни того, что он едет, ел виноград,- сговаривались, что делать. Наконец храбрый Гладстон взял на себя трудную роль и пошел в сопровождении Шефсбюри и Сили в комнату Гарибальди. Гладстон заговаривал целые парламенты, университеты, корпорации, депутации, мудрено ли было заговорить Гарибальди, к тому же он речь вел на итальянском языке, и хорошо сделал, потому что вчетвером говорил без свидетелей. Гарибальди ему отвечал сначала, что он здоров, но ми" _нистр финансов не мог принять случайный факт его здоровья за оправдание и доказывал по Фергуссону, что он болен, и это с документом в руке. Наконец, Гарибальди, догадавшись, что нежное участие прикрывает что-то другое, спросил Гладстона, «значит ли все это, что они желают, чтоб он ехал?» Гладстон не скрыл .от :него, что присутствие Гарибальди во многом усложняет трудное без того положение. - В таком случае я еду. Смягченный Гладстон испугался слишком заметного успеха и предложил ему ехать в два-три города и потом отправиться в К:апреру. - Выбирать между городами я не умею,- отвечал 1 в общем ( франц.). 284
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==