подземелья высунулась заспанная голова, грубо спрашивая, чего мне? Комнаты. Ни одной нет. Я в одиннадцать часов сам заказал. Говорят, что нет ни одной! - и он захлопнул дверь преисподней, не дождавшись· даже, чтоб я его обругал, чт6 я и сделал платонически, потому что он слышать не мог. · Дело было неприятное: найти в Лондоне в два часа ночи комнату, особенно в такой части города, не легко. Я вспомнил об небольшом франuузском ресторане и отправился туда. Есть комната? - спросил я хозяина. - Есть, да не очень хороша. - Показывайте. Действительно, он сказал правду: комната была не только не очень хороша, но прескверная. Выбора не было; я отворил окно и сошел на минуту в залу. Там все еще пили, кричали, играли в карты и домино какието французы. Немец колоссального роста, которого я видал, подошел ко- мне и спросил, имею ли я время с ним поговорить наедине, что ему нужно мне сообщить что-то особf.нно важное. - Разумеется, имею; пойдемте в другую залу, там никого нет. Немец сел против меня и трагически начал мне 1)ассказывать, как его патрон-француз надул, 1,ак он три года эксплуатировал его, заставляя втрое больше работать, лаская надеждой, что он его примет в товарищи; и вдруг, не говоря худого слова, уехал в Париж и там нашел товарища. В силу этого немец сказал ему, что он оставляет место, а патрон не возвращается ... · Да зачем же вы верили ему без всякого условия? Weil ich ein dummer Deutscher bln 1 • Ну, это другое дело. Я хочу запечатать заведение и уйти. Смотрите, он вам сделает процесс; знаете ли вы здешние законы? 1 Потому что я глупый немец (нем.). · 265
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==