прежде чем браниться, надобно поста-вить совершенно ясно вопрос. - Чrо я шпион или нет? - кричал Н<идергубер >.- Я ни одному человеку не позволю ставить такой вопрос. - Нет, не в этом вопрос, который я хотел предложить; вас обвиняет один человек, да и не он один, что .r.ы получали деньги от парижского префекта полиции. - Kro этот человек?. - Т<аузенау>. - Мерзавец! - Это к делу не идет; вы деньги получали или 11ет? - Получал,- сказал Н<идергубер> с натянутым спокойствием, глядя мне и Гаугу в глаза. Гауг судорожно кривлялся и как-то стонал от нетерпения снова обругать Н<идергубера>, я взял Гауга за руку и с.казал: - Ну, только нам и надобно. - Нет, не только,- 011вечал Н<идергубер>,- вы должны знать, что никогда ни одной строкой я не компрометировал никого. - Дело это может решить только ваш корреспон-· дент Пиетри, а мы с ним не знакомы. - Да что я у вас - подсудимый, что ли? Почему вы воображаете, что я должен перед вами оправдываться? Я слишком высоко ценю свое достоинство, чтобы зависеть от мнения какого-нибудь Гауга или вашего. Нога моя не будет в этом доме,- прибавил Н<идергубср >, гордо надел шляпу и отворил дверь. - В этом вы можете быть уверены,- сказал я ему вслед. Он хлопнул дверью и ушел. Гауг порывался за ним, но я, смеясь, остановил его, перефразируя слова Сийеса: «Nous sommes aujourd'hui се que nous avons ete hier - dejeunons!» 1 Н<идергубер> отправился прямо к Т<аузенау>. Тучный, лоснящийся Силен, о котором Маццини как-то 1 Сегодня мы - те же, что были вчера,- пойдем завтракать! (франц.) · 200
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==