,. Сvветовать Трулову мне было нечего, я отделался ка1юй-то пустой фразой, но Тхоржевский сказа.л мне: - Они хотят, чтоб и я, подпиеал такое лись·мо, этого не будет, я лучше пойду в тюрьму, а такого письма не подпишу. «Сайленс!» 1 - закричал l1uissieг; явился лорд Кембель. Когда вес формальности были окоIIчены, присяжные приведены к присяге, Фицрой Келли встал и объявил Кембелю, что он имеет сообщение от правительства. «Правительство,- сказал он,- имея в виду письмо Трулова, в котором он объясняет то-то, и то-то, и приняn в расчет то-то 11 то-то, с своей стороны, от преследования отказывается». Кембель, обратившись к присяжным, сказал на это, что «виновность издателя брошюры о tyrannicide'e несомненна, что английский закон, давая всевозможную свободу печати, тем не менее имеет полные средства наказывать вызов на такое ужасное преступление, и проч. Но так как правительство, по таким-то соображениям, от преследования отказывается, то и он готов, если прнсяжные согласны, суд прекратить, впрочем, если опи этого нс хотят, он будет продолжать». Присяжные хотели завтракать, идти по своим делам, и потоыу, не выходя вон, обернулись спиной и, переговориrзши, отвеч.али, как и следовало ожидать, что они тоже согласны на прекращение суда. Кембель возвестил Трулову, что он от суда и следствия сво€)оден. Тут не было даже рукоплес1.;;ания, а только хохот. Наступил антракт. В это время Б<откин> вспомнил, что он еще не ппл чаю, и пошел в ближнюю таверну. Черту эту я особенно отмечаю, как совершенно русскую. Англичанин ест много и жирно, немец много и скверно, француз немного, но с энтузиазмом; англичанин сильно пьет пиво и все прочее, немец пьет тоже пиво, да еще пиво за все прочее; но ни англичанин, ни француз, ни немец не находятся в тюшй полной зависимости от желудочных привычек, как русский. 1 Тише! (от англ. silence). 116
RkJQdWJsaXNoZXIy MTExMDY2NQ==